Президенту стыдно

Осталось меньше недели до выборов  мэра Сочи. Каспаров.Ru побеседовал с главным  противником Кремля на этих выборах – кандидатом от демократического движения "Солидарность" Борисом Немцовым.

– Где ты "свой": в Москве, Нижнем или Сочи?

– Все три города для меня родные. Каждый по-своему. В Сочи родился. Здесь прошло мое детство. В Нижнем – юность, защита диссертации. Губернатором стал. Москва – ну что, миллионный город со всеми его плюсами и минусами. Я во всех трех городах чувствую себя комфортно. Но в каждом из них есть свой шарм. Сочи – это его бульвары, пляжи, много солнечных дней, яхты. Это его люди. А сейчас еще и Олимпиада.

– А как сейчас тебя встретили в Сочи: люди и власть?

– Власть – в чудовищной истерике. Испуганная, надменная и трусливая. Люди же встретили очень хорошо. Здесь много протестно настроенных людей. Они просто наелись этого коррумпированного режима: и путинского, и кубанского. Поэтому избиратель в Сочи – протестный. Хотя уровень информационной блокады в Сочи запредельный. Нет Интернета. Нет какой-либо возможности опубликовать информационные и программные сообщения. У меня вся рекламная кампания сводится к уличным встречам с избирателями. Такого сейчас нет даже в лукашенковской Беларуси. Сочи – это логово коррумпированного режима. Они считали, что это их вотчина, а оказалось, что все их проделки, в том числе гигантская авантюра с Олимпиадой и строительством олимпийских объектов, стали достоянием гласности. И сейчас они бьются в коматозном состоянии. Такое ощущение, что вся ложь этой гнилой вертикали брошена на то, чтобы сохранить свои позиции в Сочи.

– По поводу вертикали... Твое решение участвовать в выборах мэра Сочи можно сравнить с водворением Белых и Гайдар в кабинеты, обустроенные вертикалью? Даже учитывая, что органы местного самоуправление по Конституции в структуру государственной власти не входят. Но на практике от вертикали никуда не деться...

– Никита с режимом просто договорился. И с Путиным, и с Медведевым. И назначен он был по личной договоренности с ними. Я же договариваться не собираюсь. Я собираюсь получить поддержку народа. А потом, получив эту поддержку, восстановить здесь закон и порядок. Здесь сейчас царит тотальное беззаконие и беспредел. Без взяток здесь никто ничего не делает. Журналисты запуганы. Это город, в котором уничтожены закон и право. Я не иду на сделки и договоренности. Между нами "черно-белая" схватка. Поэтому аналогий с Белых нет никаких. Конечно, если меня изберут мэром, я буду вынужден сотрудничать и находить общие решения. Но абсолютно не поступаясь своими базовыми принципами.

Есть две точки соприкосновения с ними. А – надо провести Олимпиаду. Б – сохранить Сочи как уникальный город-курорт. В случае если они продолжат свои потуги, он будет уничтожен. По этим двум вопросам у нас есть согласие. По всем остальным – несогласие. Поэтому они и бьются в кошмарной истерике.

То есть, еще раз: аналогии с Белых неуместны, потому что я буду действовать на основе легитимности и доверия народа, а там была корпоративная договоренность о назначении.

– Ты говоришь о некоем согласии по поводу Олимпиады... Один пример: "олимпийский закон", согласно которому в Сочи введена упрощенная процедура внесудебного отъема земель. Закон антиконституционен. В случае прихода к власти ты намерен его соблюдать? Ведь выбор сложен: либо встраиваться в систему вертикали, либо действовать независимо, в соответствии с нормами права. Как бы не пришлось в таком случае провозглашать независимость Сочи от РФ...

– Проблема антиконституционного закона решается сама собой. У меня простое предложение – никакие земли ни у кого изымать не надо. Олимпиаду надо провести в Сочи и в Москве. В Сочи на Красной Поляне провести горнолыжные соревнования, трамплин, бобслей, сноуборд. А в Москве – коньки, лыжи, биатлон, фигурное катание. Проведение Олимпиады в двух городах, что предусмотрено Олимпийской хартией, во-первых, решает проблемы граждан, которых уже не надо будет куда-либо переселять, во-вторых, делает ничтожным этот олимпийский закон, который не придется применять, и не надо будет ни у кого ничего отбирать. К тому же этот подход решает проблему цены Олимпиады – она становится в разы дешевле. А также вопросы экологии и сохранение города. Это моя главная программная идея на этих выборах. Закон был нужен для коррупционеров, поскольку они намылились 15 млрд долларов украсть. А здесь денег много не придется тратить... У Лужкова и так много площадок и стадионов. Что касается горнолыжных трасс, то они стоят копейки по сравнению с теми затратами, которые власть хочет объявить.

– Как люди на улицах тебя встречают, если нет площадок на телевидении?

– Здесь ситуация с прессой уникальна. Здесь все телекомпании письменно отказались от освещения выборов, даже за деньги. Все четыре. Все радиостанции отказались. Они все наложили в штаны... Причем от Путина до самых до окраин. Беспрецедентный испуг на уровне ожидания катастрофы для себя.

Телевидение вообще превратилось в геббельсовскую кричалку. Против меня заказали за сотни тысяч долларов пасквиль по телевидению. 

Кроме того, мне запрещены встречи в помещениях. Поэтому я буквально гуляю по городу, чтобы говорить с людьми. Мои последние встречи были: в электричках, в чебуречной, на набережной...

– Это – буквально?

– Абсолютно. Я уже провел сотни встреч в весьма экзотических местах. В залах было только три. После одной, в санатории "Левадия", директор был немедленно снят с работы. Еще – магазины. Вчера вот встретился в Зимнем театре с участниками "Комеди-клаба". Они, правда, приехали Пахомова поддерживать, который меня, как огня, боится.

– Много родных у тебя в Сочи?

– Много. Но мои родственники бояться здесь пока со мной встречаться. Им пригрозили увольнением. Самая близкая родственница – главный художник города. Она в страшном испуге. Я ее оберегаю от себя. Сейчас людей свозят на избирательные участки для досрочного голосования. Самое интересное, что свезенные врачи и бабушки голосуют за меня. Просто из чувства протеста.

– Ты можешь объяснить, что такое Сочи для Кремля? Откуда такая целеустремленность?

– Сочи – это очередной "третий" город. Москва, Питер и Сочи – южная столица России. Здесь свое время проводят Путин и Медведев. Здесь – Олимпиада. Здесь они свои делишки решают. Здесь они свои сходняки устраивают. Для них это южная вотчина, которой, как они считали, они могут безраздельно распоряжаться. А тут на них "Солидарность" с Немцовым свалилась. Конечно, они теперь в полукоматозном состоянии пребывают.

– С другими кандидатами есть возможность как-то координировать наблюдение за выборами?

– Мы координируемся с коммунистами на тему подсчета голосов. С ними нормальные взаимоотношения. Даже штабы провели совместные действия. С Лебедевым тоже координировались, но его сняли. Сняли абсолютно беспардонно и подло. Вообще Басманный суд по сравнению с сочинским – образец честности и законности. Здесь – беспредельщики. Например, сегодня судья вынес такое решение по моему иску о снятии Пахомова за незаконную агитацию: это телекомпании должны решить, правильно они агитировали за Пахомова или нет.

Это просто апофеоз растоптанной Конституции и прав человека. Всех: имущественных, гражданских, политических. Все права уничтожены.

– По поводу прав... Как ты оцениваешь последние заверения Медведева в том, что он демократ? "Новая", все эти встречи с правозащитниками...

– В интервью "Новой" первый вопрос был про Сочи. Его спросили, как он относится к беспределу, цензуре, нарушению законов и Конституции на выборах в Сочи. Он сказал, что ему нравится полноценная политическая борьба.

Этот ответ люди здесь восприняли с горькой иронией. Как глупую шутку. Абсолютно неуместную. Скажу, что Медведев здесь вызвал своим интервью приступ неприятия. Конечно, он знает, какой беспредел здесь творится.

Но, поскольку он слаб и президентом фактически не является, то ничего решить не может. Наверное, где-то глубоко в душе ему хочется, чтобы я стал мэром. По ряду причин: во-первых, из оставшихся, я единственный, кто ничего не будет разворовывать, а во-вторых, за город не придется беспокоиться. Ему, наверное, этого хочется. Но мне кажется, что вслух произнести эти желания он не может.

– На твой взгляд, какова устойчивость этого тандема – Путина с Медведевым?

– Между ними есть явные разногласия. Если бы они, например, были оба против меня, то меня бы просто не зарегистрировали. Я бы сказал, что Медведеву "стыдно" за тот беспредел, который установил Путин. Наверное, он ему кулуарно все-таки сумел объяснить, что снятие Немцова будет позором, а откровенное мошенничество на выборах может привести к реальному шансу того, что Сочи потеряет статус олимпийской столицы.

Оксана Челышева